Изба ЧИТАЛЬНЯ
Именины домового - 1 апреля .
Первого апреля никому не верят. Откуда взялась эта поговорка? Ведь любая
пословица имеет под собой какую-то основу. Для того, чтобы это выяснить
нам надо погрузиться в прошлое, именно там скрываются корни многих
высказываний и поговорок.
История наших предков имеет глубокие языческие корни, отзвуки которых мы
можем наблюдать и сегодня. Все в тех же пословицах, поговорках,
поверьях и приметах.
Первого апреля наши языческие предки справляли один занятный праздник.
Скорее даже не праздник, а некий рубеж. Этот день считался Днем
пробуждения домового. Древние славяне верили, что на зиму, он, подобно
многим животным и духам, впадал в спячку и просыпался лишь изредка,
чтобы сделать необходимую работу по дому.

Спал домовой ровно до того времени, когда уже весна полностью вступит в
свои права. А она приходила, по мнению предков совсем не в марте, а в
апреле. Точнее сказать, приход весны ознаменовался днем весеннего
равноденствия 22 марта и все последующие дни вплоть до 1-го апреля были
днями встречи весны. Первого же числа, весна приходила окончательно и
бесповоротно и главный дух-хранитель очага - домовой, должен был
проснуться, чтобы навести порядок в доме.
Как известно, когда мы долго спим, а потом просыпаемся по зову нашего
будильника, мужа или мамы, то часто бываем, недовольны этим. Мы зеваем и
ворчим, почему нас разбудили так рано. Малые дети вообще начинают
капризничать. А наш домовой имеет иногда повадки ребенка, и после долго
спячки просыпается тоже не очень радостный. И тут же начинает шалить, а
порой и хулиганить. То остатки муки из мешков высыплет, то гривы лошадям
запутает, коров перепугает, белье перепачкает.
Конечно, наш далекий предок пытался умаслить недовольного домового
кашкой, молочком и хлебом, но как известно, к хлебу обязательно должны
прилагаться и зрелища. Такими зрелищами для проснувшегося духа
становились повсеместные гуляния, шутки, смех людей в доме, которые
разыгрывали друг друга весь день. К тому же, чтобы было веселее
домовому, да и всем окружающим, обитатели дома надевали одежду
наизнанку, подобно самому духу пращуру, который, как известно, носит
свою меховую жилетку швами наружу; на ногах должны были непременно
красоваться разные носки или обувь, а в разговоре все старались обмануть
друг друга или пошутить, чтобы хозяин-батюшка домовой забыл, что он
недавно проснулся.
Со временем, про встречу весны, и умасливание домового первого апреля
забыли, но традиция шутить, разыгрывать и обманывать в этот день,
осталась. Как осталась поговорка - первого апреля никому не верят. И
теперь вы знаете почему.

КАК УГОДИТЬ ДОМОВОМУ
Нужно угощать первого числа каждого месяца
Для этого в городской квартире поставьте у порога мисочку с водой, приговаривая:
«Хозяин-батюшка, сударь-домовой,
Меня пожалуй да полюби,
Мое добро стереги,
Мою скотину береги,
Мое угощение прими
И воды отпей из полной чаши».
Подарить ему зверя
Идеальным подарком для домового будет 2 - 3-месячный котенок, лучше
всего - пестрый (трехцветный) или полосатый. Котенка нужно сразу же
принести на кухню к плите и поставить на пол, но, не выпуская из рук,
сказать: «Дарю тебе, домовой-батюшка, мохнатого зверя на богатый двор».
Если домовой примет «зверя», то обязательно возьмет его под свое
покровительство и может жестко отомстить тем, кто кошку (кота) обижает.
Говорят, что «кто кошку пнет, тот ногу ушибет», а кто убьет кота, тому
«семь лет ни в чем удачи не будет».
Как с ним общаться
Домовой, как известно, не любит показываться людям, а предупреждает о
событиях в доме разными действиями и звуками, которые производит от
полуночи до первых петухов - то есть до 4 часов утра.
Дергает за волосы - к семейной ссоре.
Стучит по трубе - к обидам.
Гремит посудой - к пожару.
Охает - к убыткам.
Плачет - к горю.
Днем он передает предупреждения и предсказания через кошку
Если кошка...
...долго умывается - жди гостей;
...скребет лапами по полу - к метели;
...лезет на кровать - к холодам;
...ложится животом вверх - к благополучию в семье;
...тянется лапами к хозяину (или хозяйке) - к прибыли.

Наши предки верили, что в домашних заботах им помогает заботливый
домовой. А многие привычные и повседневные бытовые предметы
использовались славянами в качестве оберегов.
У славян было принято угощать и одаривать духа дома, домового, который в
благодарность сохранит мир и покой в семье, сбережет от бед и
разорения. Домовой живет там, где тепло и сытно, предпочитая печку или
кухню.
Богатый домовой - дом полная чаша, напоминает novostivl.ru. В день
рождения домового ему дарили амулет - «домовушку» (веник, венок,
картинку, косу) - такой оберег принадлежит жилью как подкова «на
счастье».
В народном календаре славян у домового есть «профессиональные»
праздники. Седьмого февраля отмечаются его именины. А первого апреля
нельзя говорить вслух правду, потому, что в этот день домовой
просыпается после зимней спячки - обычно не в духе.
Услышав худое, он мог и под ноги хозяину подкатиться - чтобы брякнулся.
Зато 12 апреля домовой сбрасывал зимнюю шкуру и милыми шалостями типа
искры из печки или дымящей в кухню трубы возвещал наступление весны -
то-то радость в доме.

Веник - постель домового. Он оберегает дом от зла. Веник - «домовушку»
можно повесить в любое место квартиры, но желательно на кухне, около
очага. Веник вешают ручкой вниз и на входной двери со стороны улицы: так
он обладает способностью останавливать нечистую силу на пороге.
Внутри дома - для домового, только ручкой вверх. Веник-оберег прислоняют
к изголовью роженицы и у колыбели младенца, расчищают им дорогу жениху и
невесте. Лапоть - место, где живет домовой, а также сани для переезда с
хозяевами из дома в дом.
Изба ЧИТАЛЬНЯ
НЕБЕСНЫЕ ВЕЛИКАНЫ
Жили-были старик со старухой. Как-то перебирали они горох, одна горошина
и упала наземь. Искали, искали, не могли найти. А через неделю увидали
старик да старуха, что горошинка дала росток. Стали ее поливать, вырос
побег выше избы, а потом и под самое небо.
И полез старик на небо собирать горох. Лез, лез, видит - стоит гора
преогромная, на ней деревни с избами, города с зубчатыми стенами, леса и
водопады. Солнышко только взошло - появился из-за горы юноша на коне и с
тугим луком в руках. Куда ни пошлет стрелу - там деревья зеленеют, люди
земельку пашут.
Ближе к полудню выехал удалый молодец с соколом на руке. Снял колпачок с
птичьей головы, подбросил сокола вверх: куда ни полетит птица, везде
плоды на ветвях наливаются, нивы колосятся, стада на лужайках пасутся.
Повечеру показался всадник, трубящий в рог. В какую сторону ни
протрубит, там груши-яблоки собирают, озимые пашут, свадьбы играют.
А совсем уже в сумраке явился старец седобородый на белом коне. Куда ни
укажет трезубцем серебряным - везде ветра завывают, последние листья с
деревьев сдирают, снегами леса и поля устилают.
Холодно стало старику, спустился он по стеблю гороховому на землю. А
старуха уже его и ждать перестала: целый год он на небесах пропадал.
Рассказал старик соседям о чудесах поднебесных. Кинулись те к ростку -
каждый на небо попасть норовит, толкают друг друга.
А стебель-то гороховый возьми и оборвись!
С тех пор уж никто на небе не бывал, где сутки проходят - как год на земле.
И никто больше не встречал небесных всадников - Весну, Лето, Осень и Зиму.


Альфонс Муха. Весна Лето. 1900


Альфонс Муха.Осень.Зима. 1900
Древние славяне одушевляли времена года, представляли их богами и
богинями, обреченными на великую борьбу между собой, - за право
властвовать над природой.
В одном из старинных календарей сказано так:
«Весна подобна деве, украшенной красотою и добротою, сияющей чудно и
преславно. Лето сродни красивому мужу, богатому, спокойному, что
заботится о своем доме и домочадцах и без лени трудится с утра до
вечера. Осень подобна женщине уже пожилой, но богатой и окруженной
любимыми детьми; иногда она печалится от созерцания скудости плодов
земных и бедствий людских, а иногда веселится от обилия плодов, тиха и
безмятежна. Зима же подобна мачехе злой и нежалостливой, грубой и
немилостивой; случается, милует, но и тогда все равно казнит; бывает
доброй - но и тогда знобит, подобно лихорадке, и гладом морит, и мучает
грехов ради наших».
Более наглядные олицетворения времен года встречаем у белорусов.
Весну они называют Ляля, лето - Цеця, осень - Жыцень, зиму - Зюзя.
Ляля представляется юной, красивой и стройной девою; существует поговорка:
«Пригожа, як Ляля!» В честь ее празднуют накануне Юрьева дня, и праздник этот называется Ляльник.
На чистом лугу собираются крестьянские девицы; избравши самую красивую
подругу, они наряжают ее в белые покровы, перевязывают ей руки, шею и
стан свежей зеленью, а на голову надевают венок из весенних цветов: это и
есть Ляля. Она садится на дерн; возле нее ставят разные припасы (хлеб,
молоко, масло, творог, сметану, яйца) и кладут зеленые венки; девицы,
взявшись за руки, водят вокруг Ляли хоровод, поют обрядовые песни и
обращаются к ней с просьбою об урожае... Ляля раздает им венки и угощает
всех приготовленными яствами.
Венки и зелень, в которую наряжалась Ляля, сберегают до следующей весны.
Цеця - дородная красивая женщина; в летнюю пору она показывается на
полях, убранная зрелыми колосьями, и держит в руках сочные плоды. Жыцень
представляется существом малорослым, худощавым, пожилых лет, с суровым
выражением лица, с тремя глазами и всклокоченными, косматыми волосами.
Он появляется на нивах и огородах после снятия хлеба и овощей и
осматривает: все ли убрано как следует в добром хозяйстве.
Заприметив много колосьев, не срезанных или оброненных жнецами, он
собирает их, связывает в сноп и переносит на участок того хозяина, где
хлеб убран начисто, то есть с бережливостью; вследствие этого на будущий
год там, где Жыцень подобрал колосья, оказывается неурожаи, а там, куда
перенес он связанный сноп, бывает обильная жатва.
Когда Жыцень странствует в виде нищего и при встрече с людьми грозит им
пальцем, это служит предвестием всеобщего неурожая и голода в следующем
году.
Во время осенних посевов он незримо присутствует на полях и утаптывает в
землю разбросанные зерна, чтобы ни одно не пропало даром.
Зюзя - старик небольшого роста, с белыми что снег волосами и длинной
седой бородою, ходит босой, с непокрытой головою, в теплой белой одежде и
носит в руках железную булаву. Большую часть зимы проводит он в лесу,
но иногда заходит и в деревню, предвещая своим появлением жестокую
стужу...
Год в представлении наших предков распадался на две половины - летнюю и
зимнюю - и начинался с первого месяца весны - марта, когда природа как
бы рождается вновь.
Не зря сотворение мира и первого человека народные предания относят именно к марту.
В 1492 году церковные иерархи приняли для Руси константинопольский
календарь, где первый месяц нового года - сентябрь. Январское же
новогодье введено при Петре Великом.
Из четырех времен года весна считалась преддверием лета, а осень -
первой порою зимы. Сами времена года получили названия, тесно связанные с
состоянием растительного царства. «Весна», или «ярь», - это дословно
«ясное, светлое, теплое время года». «Лето» в переводе с санскрита -
«знойная, жаркая пора».
Кстати, счет годам славяне вели по летам, то есть по числу летних периодов.
«Осень» буквально значит «время желтых и красных листьев», а «зима» - «время падающих снегов».
Год был разделен на месяцы в связи с постоянно повторяющимися фазами луны: ее рождением, прибыванием и умиранием в небе.
И опять-таки - древние названия месяцев на Руси были тесно связаны с природою.

Альфонс Муха. Весна.1896 г

Альфонс Муха. Лето.1896 г

Альфонс Муха. Осень.1896 г

Альфонс Муха. Зима.1896 г
Январь - «просинен», то есть несущий все более сияющее, возрождающееся,
просветленное солнце. Другое толкование названия - от слова «просо»,
«просяная мука» - в древние времена это была предпочитаемая мука в
славянском обиходе, которую толкли на зиму именно в декабре.
Февраль - «сечень» и «снежень» (секущий снегом).
Март - «березозол» (дающий березовый целебный сок).
Апрель - «пролетье» (накануне лета).
Май - «травень».
Июнь - «изок» (по-старославянски «изок» - кузнечик, июнь поет, стрекочет, шумит на разные голоса, как хор кузнечиков).
Июль - «грозник, сенозорник» (время гроз, сенокосов) и «червень».
Вспомним: «червленый» - темно-красный, багряный. Возможно, это имя дано
было июлю из-за его яркости и многоцветья: ведь в этом месяце вся
растительность на пике своей красоты. Не зря и доселе в народном
календаре он назван макушкой лета.
Август назывался «зарев» (пора, когда у животных начинается гон, они ревут, призывая друг друга).
Сентябрь - «рюен» (время рева оленей), «хмурень».
Октябрь - «листопад, па-зимник» (предзимье).
Ноябрь - «грудень»: снег и грязь смерзаются грудами.
И, наконец, декабрь - «студень».
Некоторые из этих названий месяцев живут в славянских наречиях и доныне.
Если верить «Велесовой книге», в глубокой древности каждый месяц имел
божеств, покровительствующих им.
По их именам месяцы и звались: январь - Крышний, февраль - Лютый, март -
Ярила, апрель - Лада, май - Купала, июнь - Дажьбог, июль - Рудый,
август - Радогощ, сентябрь - Овсень, октябрь - Сивый, ноябрь - Святовид,
декабрь - Коляда.
***
Изба ЧИТАЛЬНЯ




Alexandra Goncharova .Славянская Богиня Лада
Лада - славянская богиня любви и красоты.
Именем Лада древние славяне называли не только изначальную богиню любви,
но и весь строй жизни — лад, где все должно было ладно, то есть хорошо.
Все люди должна уметь ладить друг с другом.
Жена называла любимого ладо, а он ее — ладушкой.
«Лады», — говорят люди, когда решили какое-то важное дело, а в древности
ладником называли уговор о приданом: лады — помолвка, ладило — сват,
ладканя — свадебная песня.
И даже оладьи, которые пекли по весне в честь возрождающейся жизни, от того же корня.
Тогда же пели:
Благослови, мати,
Ой мати Лада, мати!
Весну закликати...
И, конечно, мать Любовь давала свое благословение людям на призывание
весны. Богиня Лада была известна многим европейским народам.

Лада.Владимир Форостецкий
Литовцы и их соседи, летты, во время купальских празднеств славили Ладу.
Они пели: «Lada, Lada, dido musu deve!» («Лada, Лада, великая наша богиня!») — и приносили в жертву белого петуха.
Когда в XII веке до н. э. дорийцы завоевали Грецию, то они принесли с
собой культ Лады, чье имя на их языке означало Госпожа. С тех пор наша
Лада прочно поселилась в древнегреческой мифологии, она даже
раздвоилась, став, в первую очередь, титанидой Лето (в Риме ее называли
Латоной), матерью Аполлона и Артемиды.
Интересно, что Лето и ее дети оказывали помощь троянцам (родственному предкам русов народу) против ахейцев.
Затем она же воплотилась в возлюбленную Зевса — Леду, родившую близнецов Диоскуров.

Лада (Священный зов)Андрей Клименко
Почему мы можем утверждать, что Лето и Леда это и есть славянская Лада, что у них общего, кроме сходства имен?
Во-первых, все три богини были связаны с культом белого лебедя,
священного животного Лады, имя которой означало, кроме прочего,
«лебедушка».
Зевс именно по этой причине явился к Леде в виде белого лебедя. А
литовцы приносили в жертву Ладе белого петуха как замену лебедя (в самом
деле, сложно было в те времена в Литве найти лебедей).
Обе гречанки, Лето и Леда, родили божественных близнецов, а у Лады тоже была двойня — Лель и Полель.
Но в славянских землях Ладу почитали более, чем где-либо. Сохранились
сведения о том, что в дохристианские времена в нижней части Киева, на
Подоле, стоял величественный храм Лады.
В центре стояла статуя божественно красивой женщины в розовом венке. Ее
золотые волосы были украшены речным жемчугом, а длинное русское платье,
перехваченное в талии золотым поясом, покрывали драгоценные и сложные
орнаментальные вышивки. У основания статуи дымились благовония, лежали
груды цветов, которые служители ежедневно заменяли новыми букетами.
Здание храма было традиционно построено из «живого» материала — дерева
(эта традиция строго соблюдается, например, на Востоке — в Китае и
Японии), сплошь покрытого серебряными пластинами. Тысячи горящих свечей
отражались в этих серебряных плитах и сполохами освещали все вокруг.
Действительно, это было поразительное, неземное по красоте, зрелище.
Мифологи конца XVIII и первых десятилетий XIX столетия (Попов , Чулков ,
Кайсаров ) не сомневались в ее существовании, приняв без проверки
показания о ней Иннокентия Гизеля , который в своем "Синопсисе"
говорить:
"четвертый идол Ладо; сего имеяху бога веселия и всякого благополучия,
жертвы ему приношаху готовящиеся к браку, помощию Лада мняще себе
добровеселие и любезно житие стяжати".
Гизель черпал свои сведения о языческих богах из книг польских историков Кромера и Стрыйковского.
Кромер, в свою очередь, повторил домыслы Меховиты о том, что Лада соответствовала у язычников-поляков греческой Леде.
В этом Меховита расходится с Длугошем, который утверждал, что у древних поляков Ладо соответствовал римскому Марсу.
В настоящее время можно считать доказанным, что Длугош и позднейшие
польские историки выводили языческого бога Лада или богиню Ладу из
припевки "ладо", встречающейся в народных песнях.
Примеры создания мифической личности из непонятой припевки встречаются в
мифологии: так, греческий певец Линос обязан своим существованием
припевке "ай лену" (ai lenu) финикийских песен.
Наследовав богиню Ладу от историков XVI - XVIII веков, наши
исследователи мифологии (Афанасьев и другие) старались подтвердить ее
существование у славян ссылками на разные источники, оказавшиеся, по
исследованию А.А. Потебни ("Объяснения малорусских и сродных народных
песен"), весьма сомнительными.
Достоверно только то, что припев "ладо" встречается в песнях весенних, летних и свадебных.
Формы припева разнообразятся: "Ай дид, ой ладо", "диди-лади,
ди-диладушки", "ой диди ладу", "диди ладой", "ой дид ладо", "ладо, ладо,
ладо мое" и другие.
Как в Саратовской губернии говорят "давайте дидикать", то есть играть
хороводные песни, от припева "диди", так сербохорватский припев "ладо"
дал производный глагол "ладати", то есть петь песни с этим припевом
накануне Юрьева дня.
Слово "лада" - старинное русское; в "Слове о полку Игореве" оно
встречается в 4-х случаях, в применении к мужу; в нынешних великорусских
песнях оно употребляется частью в женском роде ("я ищу себе ладу
милую"), частью в среднем ("мое ладо ревниво").
Изба ЧИТАЛЬНЯ
Вселенная представлялась нашим предкам-славянам величественным деревом,
чья крона упирается в небеса, а корни оплетают преисподнюю. В вершине
этого дерева сияли солнце и луна, мерцали звезды, ниже царствовали
птицы, ствол был отдан во владение трудолюбивым пчелам; у корней
плодилась всякая живность, а под корнями таятся змеи, бобры, кроты,
землеройки, а также всякая нечисть и нежить.

В заговорах мировое древо стоит на «пуповине морской» - огромном
острове, где находится камень Алатьгрь. На нем обитают святые угодники, а
у корней свернулась страшная змея Шкурупея и прикован цепями бес.
Один из заговоров начинается так: «На море, на Окияне, на острове Буяне
стоит дуб, под тем дубом кровать, на кровати лежит девица, змеи-на
сестрица, я к ней прихожу, жалобу приношу на казюлей (козюлька, казюлька
- старинное народное название змеи), на ужат...» .

В народных мифах о сотворении мира вся земля держится, подобно кораблю,
на море-океане, море-океан плещется в необъятной каменной чаше, чаша
покоится на спинах четырех китов, киты плывут по реке вселенского огня, а
огонь опирается на «железный дуб, посаженный прежде всего другого,
корни же его питает святая небесная сила».
Иногда славяне считали главным, мировым древом, опорою всей земли и березу, о чем говорится в старинном заговоре:
«На море, на океане, на острове Буяне, стоит белая береза вниз ветвями,
вверх кореньями...» Пленительный образ мирового древа встречается не
только в заговорах и свадебных песнях, но и в обрядах.
Например, когда начинали рубить новую избу, в центре сперва
устанавливали деревце и лишь после недолгого «начального пирования»
приступали к работе. Позднее вошло в обычай ставить в доме
рождественскую (новогоднюю) елку.

СВАДЕБНАЯ ПЕСНЯ
Ой, сыграем свадьбу - дело молодое,
Дело молодое, древо мировое,
Древо мировое от земли до неба,
Принеси нам, боже, и вина, и хлеба.
Принеси весною нам тепла и света,
Принеси зимою нам побольше снега.
Ой, сыграем свадьбу вьюноши с дивчиной
Ясна соколенка с птахою невинной.
Дело молодое, время золотое,
Время золотое, древо мировое.
Солнышко, навеки над селом зависни,
Расцветай на радость, древо новой жизни!
Жаворонки звонко бога превозносят,
Пчелы в дупла древа цвет медовый носят.
Облака над древом вольный ветер гонит,
Горностай под древом малых деток холит.
Ой, сыграем свадьбу в тереме высоком...
Славься, соколиха! Славься, ясен сокол!

Часовских Кирилл (Gandharva).Мировое древо

Древо жизни, дерево, акрил, лак, 2009
Музей славянской мифологии
Образ древа – одно из уникальных изобретений человечества, которое
определило структуру всех мифологических систем. Благодаря мировому
древу человек увидел мир как единое целое и себя в этом мире как его
частицу. Подземный мир корней, мир Нави, в котором зарождается жизнь.
Средний мир – ствол древа – мир Яви, в котором мы живём (поЯВиться,
ЯВление). Озаряет мир явленный Ярила, Бог молодецкой удали, плодотворных
сил природы, роста. Недаром поля, засеваемые по весне, «яровые»,
весенние восходы – «яровица», «яро» - весна по-чешски, а «ярование» -
пение веснянок в старину. Мир верхний – ветви Древа – мир Прави, обитель
светлых Сил и ПРАвды, закона. Род - олицетворение вселенского мужского
начала, «родитель» Вселенной – венчает эту роспись. Он «отец и мать»
всех богов, воплощение нерушимости славянского племени, многочисленные
потомки которого некогда произошли от одного общего предка.

Когда рождается человек, его будущая судьба записываетя в книгу Рода, и,
как гласит старинная русская пословица, «чего на роду написано – никому
не миновать!». С именем Рода у каждого человека связаны священные
понятия – РОДители (те, кто родили тело), РОДные, РОДина, РОДник, РОД,
приРОДа…
Род един и многолик одновременно, как и сам человек. По-разному его
называют: Род, Крышень, Вышень, Сварог, Белобог... Есть и тайные
имена...Всё это и есть проявления вселенского разума, первородной
мужской энергии, животворящего начала.
Вещие птицы, посланницы Богов, изображенные по обе стороны от Рода, поют
людям Божественные гимны и предвещают будущее тем, кто умеет их
слышать.
Изба ЧИТАЛЬНЯ



Ярови́т, Геровит (лат. Gerovitus, Herovith) — бог войны у балтийских славян.
А. С. Фаминцын пишет:
В Гавельберге в честь этого бога в середине апреля отправлялось
торжество, причём город отовсюду был окружён знаменами. Это последнее
обстоятельство указывает на воинственный характер Яровита.
О Яровите, почитавшемся в Волегасте, читаем у Герборда, что в святилище
этого бога, на стене, висел огромной величины щит, обтянутый золотом и
искуснейшей работы; никому из смертных не дозволено было прикасаться к
нему в обыкновенное время, ибо язычники соединяли с этим какое-то
религиозное предзнаменование; щит был посвящён богу Яровиту, «по-латыни
называемому Марсом» — прибавляет Герборд — и только в военное время мог
быть тронут с места. Тогда его несли впереди войска и верили, что через
это останутся победителями в битвах

БУЙ-ТУР МОЛОДЕЦ
Однажды отец богов и богинь Сварог посетил землю под видом странника.
Смотрит: возвращается из краев славянских большой отряд басурман с
богатой добычей. И пленных гонят множество - красивых дев и отроков.
Но тут, откуда ни возьмись, налетел на басурман, как туча, сильномогучий
богатырь. Где ни взмахнет мечом - там улица, где ни ударит копьем -
переулочек.
Долго и неустанно бился он с вражьей силою и наконец одолел всех до
единого. Одолел, пленникам путы развязал, накормил-напоил из запасов
басурманских, а сам до куска хлеба даже не дотронулся.

Сонцеслав (Віктор) Крижанівський
Подивился Сварог такой немыслимой удали, приблизился к богатырю и говорит:
- Как тебя звать-величать, буй-тур молодец?
- Яровитом батюшка с матушкой назвали.
- Смел ты и силен, как молодой бог. А ежели бы ты и впрямь стал богом, на что бы силушку потратил?
- Вижу, совсем не прост ты, странник, - богатырь ответствует. - УЖ коли
выпала бы мне доля божественная, то украшал бы я землю-матушку по весне
травою-муравою, а деревья и кусты - зеленою листвою.
- Отменное занятие, - сказал Сварог. - Но это по весне, Яровит. А в другие времена года?
- А летом, осенью и зимою - да и весною заодно! - устилал бы я землю-матушку телами басурман поганых.

- Вот такого-то бога мне в небесах и не хватает! - воскликнул Сварог и вознесся вместе с Яровитом в Ирий-сад.
У западных славян Яровит, будучи богом весенних гроз, туч и вихрей,
отличался воинственным характером. У его идола был большой щит, покрытый
золотом, почитаемый за святыню; были у него и свои знамена. С этим
щитом и знаменами выступали в военные походы.

При этом он был и покровителем плодородия, разделяя эту обязанность с
Ярилой. От лица Яровита - небесного воителя жрец произносил следующие
слова при священном обряде:
«Я бог твой, я тот, который одевает поля муравою и леса листами; в моей
власти плоды нив и деревьев, приплод стад и все, что служит на пользу
человека. Все это я дарую чтущим меня и отнимаю у тех, которые
отвращаются от меня».
Изба ЧИТАЛЬНЯ
Облака, несущие дождь, издревле представлялись народному воображению небесными колодцами и реками. Холодная зима, забирая их в свои оковы (подобно тому, как сковывает она льдом земные источники), запирает священные воды - и вместе с тем все кругом дряхлеет, замирает, земля одевается снежным саваном, словно собирается умереть.
Весной солнце, а может быть, молот могучего Перуна разбивали эти крепкие оковы и отворяли пути дождевым потокам; омывая землю, они возвращали ей силу плодородия, как бы воскрешали от зимней смерти к новой жизни.
Не в те ли стародавние времена зародилось верование, что дождевая вода, особенно весенняя, обладает целительной силой, дарует красоту и чадородие: больным давали пить дождевую воду как лекарство или советовали купаться в ней.
Тогда и возник миф, общий для всех индоевропейских народов, о живой воде: она исцеляет раны, наделяет тело крепостью и даже возвращает саму жизнь.
В народных сказках ее также называют сильной или богатырской водою - это напиток могучих богатырей.
Порою в мифах рассказывается о мертвой воде. Ее называют еще «целющей», она сращивает части тела, разрубленного на куски, но оставляет его бездыханным, мертвым.
Остальное довершает вода живая - возвращает жизнь, наделяет силой богатырской. В сказаниях героя окропляют сначала именно мертвой, а только потом живой водой - так же как в природе первые дожди сперва сгоняют с земли остатки мертвящих снегов, а потом новые потоки оживляют почву.
Мертвая вода соединяет ткани, а живая - воскрешает. Если убитого полить сразу живой водой, он, конечно, откроет глаза, но останется раненым и тотчас вновь умрет.
В волшебных сказках живую и мертвую воду приносят Град, Гром и Вихрь или птицы, воплощающие эти стихии, - Орел, Сокол, Ворон.
В древние времена славяне называли живыми воды, текущие из родников. Кроме того, живая вода исцеляет слепоту, возвращает зрение, подобно тому как весенний дождь проясняет небо и очищает простор солнечному оку.
Иван Пархоменко. Живая и мёртвая вода.
СПАСИТЕЛЬНАЯ ВЛАГА
Жил на свете царь, и было у него три сына. Да вот беда: стал он к старости слепнуть. И послал сыновей за целебной живой водою. Разъехались они в разные стороны.
Долго ли, коротко - оказался младший сын, Иван-царевич, у двух гор высоких. Стоят те горы вместе, вплотную одна к другой прилегли; только раз в сутки они ненадолго расходятся, но вскоре опять сходятся. А промеж тех гор бьет из земли вода живая и мертвая.
Ждал-пождал царевич у гор толкучих, когда они расходиться станут.
Вот зашумела буря, ударил гром - и раздвинулись горы.
Царевич стрелой меж них пролетел, почерпнул две скляницы воды - и вмиг назад повернул.
Сам-то богатырь успел проскочить, а у коня задние ноги помяло, на мелкие части раздробило. Взбрызнул он своего добра коня мертвой и живой водой - и встал тот ни в чем не вредим.
На возвратном пути повстречал царевич своих братьев и поведал им о горах толкучих, об источниках живой и мертвой воды.
А ночью злые братья убили его сонного - да и поехали с заветными скляницами в свое царство.
Лежит Иван-царевич бездыханный - рядом уж воронье кружится. Но верный его конь, который добро получше иных людей помнил, пошел за помощью и встретился с вещей девой, которая жила на опушке леса. Она понимала речь зверей и птиц. Привел ее конь к мертвому хозяину. Поставила дева силки, и попался туда вороненок. Хочет дева ему голову свернуть.
Тут взмолились ворон с воронихою:
- Не губи, девица, нашего дитятю, за то мы воды тебе мертвой и живой принесем.
Полетели птицы вдогон братьям-злодеям, и ночью, когда те уснули, забрали обе скляницы. Окропила дева вещая Ивана-царевича сперва мертвой водою, потом живой - и встал богатырь ни в чем не вредим.
А братья проснулись поутру, заметили пропажу - и решились возвращаться к толкучим горам, самим воду добывать.
Вот зашумела буря, ударил гром - раздвинулись горы.
Живая и мёртвая вода.
Братья стрелой пролетели меж них, зачерпнули воды, назад было повернули, да замешкались: никак один другого вперед пропустить не хотел, каждый норовил первым быть!
Ушло драгоценное время - и толкучие горы успели сомкнуться и погубили братьев.
А Иван-царевич забрал с собой вещую деву, приехал в свое царство и вернул зрение государю.
На деве он вскоре женился. Стали они жить-поживать да добра наживать.
Изба ЧИТАЛЬНЯ


Предки западных славян представляли себе богинок в виде голых, безобразных, хромых старух (хромота - непременное свойство нечистой силы). Они могут оборачиваться в животных - лягушек, собак, кошек, - являться в виде неясной тени или вовсе оставаться невидимыми.
Богинками становились грешные девушки, которые вытравили плод или убили своих внебрачно рожденных детей, а также умершие при родах, клятвопреступницы, самоубийцы. Они обитают в оврагах, лесах, возле прудов и болот - в самых безлюдных и неприютных местах.
Являются богинки в полночь, иногда вечером, очень редко - в полдень, но только во время ненастья. У реки их можно видеть стирающими древесную кору или листву - так матери стирают и бьют вальком детские пеленки. Человека, который осмелится им помешать, богинки гонят и бьют.

Иногда они подкрадываются к домам и крадут пряжу, пугают рожениц и частенько подменивают детей, оставляя в колыбельках осиновое полено, которое с годами растет и становится большим бревном. Некоторые богинки пристают к детям по ночам, мучают их страшными снами, насылают порчу. Какой была богинка при жизни, так она себя и ведет, сделавшись нечистым духом. Некоторые из них пугают на пастбищах скот, загоняют в пот лошадей, путают им гривы так, что не расплести.

ЗМЕИ-МСТИТЕЛЬНИЦЫ
Жила-была одна девушка. Полюбила она парня и загуляла с ним, а потом родила втайне от всех дитя, задушила и похоронила в лесу. Снова начала любиться с парнем, и снова родила дитя. И его погубила, и третьего своего ребеночка.
Только хотела идти домой с третьей могилки, как вдруг ноги ее точно бы приросли к земле и почудилось, будто что-то холодное поползло вверх по ее телу. Девица чуть не сошла с ума от ужаса, когда увидела, что по ней ползают три змеи.
Две присосались к грудям, а третья обвилась вокруг шеи, словно тяжелое ожерелье, и никакими силами снять их было нельзя. Что она только ни делала - змеи жили отныне при ней неотлучно. Только в бане сваливались с ее тела, но стерегли каждый шаг, пока злодейка мылась, а потом снова опутывали ее своими кольцами.
Не передать, какая тоска брала ее в те минуты, когда змеи принимались сосать ее молоко! Легче казалось умереть, чем перенести это.
От тоски и постоянного угрюмства скоро утратила она прежнюю красоту, сделалась нелюдима и безобразна. Поселилась на краю деревни, в покосившейся избушке, и всяк норовил обойти ее дом стороной.
Как-то заметили люди, что она слишком долго не появлялась в деревне. Затревожились: не померла ли ? Самые храбрые заглянули в дом и увидели старую-престарую одежду, в которой всегда ходила хозяйка. На кучке ветоши лежали три змеи, а самой ее нигде не было.

Так и сгинула она. Правда, рассказывали, что случалось кое-кому встречать ее в лесу. Бегала она там голая, страшная, горбатая, с растрепанными волосами и злым, свирепым лицом. Когда в деревне рождалось дитя, она подкрадывалась под окна и норовила поглядеть на ребенка, до смерти пугая молодых матерей. Говорили, что она стала богинкой за свои грехи, и теперь от нее надо беречь младенцев, чтобы не украла их, не подменила суковатым поленом.